Авторизироваться


Чужой компьютер





ПРАВДА О ПОЛОЖЕНИИ ХРИСТИАН В КРЫМУ ВО ВРЕМЯ ТУРЕЦКО-ТАТАРСКОГО ВЛАДЫЧЕСТВА. ЧАСТЬ 4

Библиотека / Медиаматериалы

ПРАВДА О ПОЛОЖЕНИИ ХРИСТИАН В КРЫМУ ВО ВРЕМЯ ТУРЕЦКО-ТАТАРСКОГО ВЛАДЫЧЕСТВА.  ЧАСТЬ 4
Часть IV

«НЕ ВЕЛИШЬ МНЕ ПОЙТИ НА МОСКОВСКОГО И ВОЛОШСКОГО, - ИНО ЧЕМ МНЕ БЫТИИ СЫТУ И ОДЕТУ?»

Другим основным способом обогащения Крымского ханства служил ясыр(45), который добывался в результате постоянных опустошительных набегов на соседние государства.
«Крымские татары были чужды культуре, не знали промышленности, жили разбоем, грабежом и чужими трудами. Турки, говорит профессор Смирнов(46), старались создать из крымцев в своих видах поголовную разбойничью кавалерию, всякую минуту готовую идти куда угодно в набегах, и уничтожили в крымских татарах стремление к мирной трудовой жизни, приучив их жить насчет добычи, награбленной во время набегов по турецкой надобности» и «если крымцы отказывались от похода, когда их натравливали турки, то разве только сытая лень была тому побудительной причиной». Татары нападали на Московское и Польско-Литовское государства, на волохов(47), черкесов, персов. Относительно набегов на Польшу хан еще спрашивал согласия (турецкого – авт.) султана, быть может потому, что она платила щедрее и исправнее поминки, но для набегов на Московское государство разрешения султана не требовалось. Нападения на соседние страны сопровождались, кроме грабежей, опустошениями, разорениями, выводом в Крым многочисленных пленных. Грабительские набеги крымцев на Польшу, Литву и Россию начались при Менгли-Гирее и усилились при сыне его Мухаммед-Гирее, который вывел в Крым будто бы 800 000 пленных, и если эта цифра значительно преувеличена, то все же выведено было этим ханом огромное число людей. Этот же хан писал султану: « не велишь мне пойти на Московского и на Волошского, - ино чем мне бытии сыту и одету?»
Еще Герберштейн(48) в половине XVI в. метко указал, что сила крымских татар заключалась в соперничестве Русского и Польского государств, старавшихся поднимать хана друг на друга и откупаться подарками от нападений его на собственные их украйны. Целые века продолжалось крымское иго над Русью, состоявшее в получении ежегодной дани в виде «поминков», с XVII в. со времени Джанибек-Гирея, по определенной, составленной в Крыму росписи; грабительских набегах и уводе в неволю множества пленных. Но за то, по верному замечанию профессора Бережкова(49), с окончанием польского вопроса должен был разрешиться и крымский, как его неизбежное следствие».

ДУХОВНО-НРАВСТВЕННАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ХАНСКОГО ВОИНСТВА

Для объективного освещения вопроса о духовно-нравственном состоянии ханского воинства, приведем хорошо известные характеристики, данные крымским татарам их единоверцами – турками-османами. В частности, турецкий путешественник середины XVII века Эвлия Челяби, два года проживавший в Крыму в 1666 – 1667 гг., пишет о крымских татарах следующее.
«…татары захватили земную поверхность… слава Богу, на народ татарский этого Крымского острова. Величайший Творец обратил благосклонный взор. В какую бы сторону они ни обратились, они всегда выходят победителями и приносят в землю неверных беспокойство и суматоху. Все неверные в своих странах боятся татар. Им нет пощады, и они остаются в безверии. Слава Богу, этот народ татарский – правоверные единобожники, сунниты. Их община подобна полку муджахедов-газиев(50)… На все стороны света они идут на государства неверных, обреченных попасть в ад, грабят их и уводят, стенающих в плен. Они захватывают детей и взрослых жен и дочерей. Пленников с разбитыми сердцами и связанными ногами они всячески мучают, кормят их конской кожей, внутренностями и кишками. Всех неверных с детьми и родственниками они отправляют в земли ислама, где те удостаиваются счастья быть обращенными в мусульманство…
Действительно, татарский народ – это народ беспощадный. С помощью Бога они стали мощной преградой рода Османов, и со всеми неверными они ведут битвы, сражения, войны и смертоубийства. Это очень богомольные и не слишком обременяющие себя (запретами) воины. А если рядом с ними оказываются ногайцы, они (вовсе) перестают отличать дозволенное от запретного…
Они – полк газиев-муджахедов …
Среди татарского народа нет брани и злобы, спеси и гневливости, вражды и порицания. Они очень стыдятся друг друга. Если кто-нибудь бранится и ссорится, другие люди их презирают. Их гнев и вражда выражается в грабеже и разбое, а гнев их – от Бога»(51).
«…его (бахчисарайские – авт.) военные отряды беспощадные убийцы и кровавые газии»(52).

«… ОНИ (ВОВСЕ) ПЕРЕСТАЮТ ОТЛИЧАТЬ ДОЗВОЛЕННОЕ ОТ ЗАПРЕТНОГО…»

Нравы татарского воинства описаны и у других турецких авторов.
«Вот один образчик описания прибытия крымского отряда в турецкий стан во время похода под Каменец в… 1672 г. у турецкого историка Фундуклу. Верховный везирь(53) и прочие сановники турецкие, назначенные для встречи хана Селим-Герая, дожидались, пока он сойдет с коня. И потом с триумфом ввели его в трехколонную палатку верховного везиря… для прибывших же с ним тысячи человек татар в особом шатре расставлено было пятьсот мисок разных родов явств, да кроме того по обе стороны разложено было по ста пятидесяти баранов и по ста пятидесяти быков. Как только, говорит Фундуклу, татарам - добычникам дан был знак, они тотчас принялись опрастывать миски, кто хлебая, кто глотая содержавшиеся в них кушанья. Что касается до туш, то, так как они не были проварены, и их нельзя было брать по частям, татары набрасывались на них по пяти, по десяти человек на одного барана, и по двадцати да по тридцати человек на одного быка, и растаскивали в разные стороны, наступая на тушу ногами, раздирая руками и пичкая куски в рот себе. Смотревший на это зрелище народ просто приходил в ужас. Большая часть их, споря между собою, потянулись к стану; а иные, повстречавшись с верховным везирем, загородили ему дорогу, так, что офицеры и мурзы, здорово колотя их нагайками, едва могли разогнать их. Пожравши таким образом, они, кроме костей, ни кусочка мяса не оставили на долю ворон и собак: все истребили.(Фундуклу, I: 278 v.- 279 r.).
Тот же автор, рассказав, как татары после одного сражения бросились обирать убитых, замечает, что они занимались этим грабежом с таким видом, как бы думая: «Теперь на нашей улице праздник». ( Фундуклу, I: 168 v.)…
Аали-эфенди в своих этнографических характеристиках разных народностей… прибавляет еще следующее для довершения очерка татарских нравов. «То, чего они (татары) не могут унести с собой из съестного ли, или из одежного, или из утвари, не исключая и постоянных жилищ человеческих, они предают пламени и пепел развевают по ветру. Распарывать, по умервщлении, утробы чреватых (беременных – авт.) женщин и живьем вытаскивать находящийся внутри плод, а также убивать с различными мучительствами – это также старинный их обычай». А что турок разумел тут и татар крымских, это видно из слов, которыми он заканчивает вышеприведенную характеристику татарской народности, а именно; «Во время сочинения этой книги, т.е. приблизительно в… 1597 -1598 году, главное владение татарское, область Крымская, состоит под верховенством султанов дома Османова». (Кюнгу-ль-ахбар. Печатн. изд., кн. I: 234 – 244)…
Не совсем лестное, хотя, впрочем, совершенно спокойное и правдивое, слово сказано о татарах одним мыслящим турком также и перед самым концом существования Крымского ханства. Это слово вместе с тем очень ясно выражает взгляд, сложившийся у лучших людей в Турции, ошибочность турецкой политики относительно крымских татар. Слово это принадлежит известному Ремзи Ахмеду–эфенди, написавшему политический памфлет «Хуласэту-ль-иътибар» (оно переведено Сенковским под заглавием « Сок достопримечательного». Полн. собр. соч. т. VI; 234 – 343)…. Вот его отзывы о татарах… «Когда с течением времени татары, повадившись вместо толокна и бузы потягивать гашиш с опиумом, да чай с кофе, стали лентяями и пьяницами, то их постигла слабость и апатия».
( Хулясэту-ль-иътибар. Конст. изд. 1282 = 1865 – 1866 г., стр. 5). Коснувшись не один раз татар в своем трактате, Ахмед-эфенди заключительную статью трактата начинает следующими словами: «Татарская нация искони была бременем для Высокой Державы. Этот народ склонный к мятежу и зловещий»(Ibid., 82). А потом по случаю чествования и угощения татарской депутации в Стамбуле, делает такое замечание об этих чествованиях: « Татары известно какой народ: за трубку табаку они готовы три, пять часов пути карабкаться где ни будь; а как они увидят такую султанскую трапезу, то очевидно, что они не уйдут восвояси до дня светопредставления, проводя время в нескончаемых жеманствах» (Ibid., 82).
Таковы были воззрения турков на крымских татар»(54).

« ДА УЖ ОСТАЛИСЬ ЛИ НА РУСИ ЕЩЕ КАКИЕ-НИБУДЬ ЛЮДИ? »

«Пленные, уводимые в Крым, частию оставались здесь, а в значительно большем количестве продавались в разные страны востока… Число их поражало современников. Михалон Литвин(55),… передает злую насмешку перекопского еврея при виде множества приводимых туда русских пленных из Литвы; «остаются ли еще люди в Литве, и откуда берется такое множество народа?». По словам Юрия Крыжанича (XVII в.), русские пленники спрашивали своих земляков, новых пришельцев: «да уж остались ли на Руси еще какие-нибудь люди?»…
Об отношении татар к пленникам Михалон Литвин с горечью пишет: « …у этих разбойников такая собственность (пленные – авт.) не только для торговли с любыми странами, но и для удовлетворения у себя дома своей жестокости и прихоти.
Ведь очень часто (встречаются) среди этих несчастных людей весьма сильные, которых если не оскопили, то отрезали уши и (вырвали) ноздри, прижгли раскаленным железом щеки и лбы и принуждают закованных в путы и оковы днем трудиться, ночью (сидеть) в темницах, и поддерживает их скудная пища, (состоящая) из мяса околевших животных, гнилого, кишащего червями, какого даже собаки не едят. А женщин самых юных они держат для разврата…
Следует сказать и о другом, что они делают там с такими людьми (пленниками – авт.). А именно: когда происходит торг, этих несчастных ведут на многолюдную рыночную площадь, группами, построенными наподобие отлетающих журавлей и по десять вместе связанных за шеи, и продают их десятками с аукциона, причем торговец, чтобы повысить цену, громогласно возвещает, (что это) новые невольники, простые, бесхитростные, только что пойманные… Итак, этот род товара тщательнейшим образом оценивается в Таврике и за большую цену покупается чужеземными купцами, чтобы продать (его) подороже более отдаленным и диким (народам): сарацинам, персам, индусам, арабам, сирийцам, и ассирийцам…» (56).
Когда покупают невольников «то осматривают не только открытые взору органы и зубы, чтобы не был и они ни редкими, ни темными, но обследуют также и самые сокровенные части тела. И если у кого обнаруживают родимое пятно, опухоль, шрам или иной скрытый порок или недостаток, то такого возвращают…»(57).

ПРИМЕЧАНИЯ

45. Ясыр (араб. «эсир» - «пленник») – пленники, взятые мусульманами (татарами, турками), а позднее «плен у мусульман».

46. Смирнов В.Д. – российский историк XIX в., автор фундаментальных трудов «Крымское ханство под верховенством Оттоманской Порты до XVIII века.» Спб. 1887, и «Крымское ханство под верховенством Оттоманской Порты в XVIII столетии». Спб. 1889.

47. Волохи – восточно-романская народность, предки современных молдаван и румын.

48. Герберштейн Сизигмунд (1486–1566) – барон, дипломат германских императоров, автор «Записок» о России.

49. Бережков Н.М. Русские пленники и невольники в Крыму. Труды VI археологического съезда в Одессе. Т. II. Одесса. 1888. С. 342 – 372.

50. Газий – участник газавата - священной войны против неверных, воитель за веру; муджахед – человек, занимающийся джихадом, усердствующий за веру, в узком понятии, участвующий в священной войне (газавате), то же, что и газий, воитель за веру.

51. Книга путешествия.Турецкий автор Эвлия Челяби о Крыме (1666 –1667 гг.).Цит.соч С.8 – 10.

52. Книга путешествия. Турецкий автор Эвлия Челяби о Крыме 91666 – 1667 гг.). Цит. соч. С. 53.

53. Великий везирь – в Османской империи глава дивана (государственного совета), глава всей администрации, как военной, так и гражданской; наместник султана в сношениях с подданными, не имевшими доступа к нему.

54. Смирнов В.Д. Крымское ханство под верховенством Оттоманской Порты до XVIII века. Спб. 1887. С. 407 – 410.

55. Михалон Литвин (Венцислав Миколаевич) – секретарь польского короля Сизигмунда II Августа, дипломат, писатель и гуманист XVII в. Автор трактата «О нравах татар, литовцев и москвитян», представленный польскому королю в 1550 г.

56. Михалон Литвин. «О нравах татар, литовцев и москвитян». Издательство Московского университета. М. 1994. С. 72.

57. Михалон Литвин. Цит. соч. С.73.

Заслуженный архитектор Республики Крым, Почетный гражданин города Бахчисарая, Лауреат премии национальных обществ и общин Крыма за вклад в многонациональную культуру Крыма В.Н. БОРИСОВ

Просмотров: 26558 Комментариев: 0

Комментарии:
>> Оставить комментарий <<

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Происшествия
ТОП новостей
 Анатолий Лось:
Анатолий Лось: "Сенатор Цеков до последнего НЕ верил в воссоединение Крыма с Россией и пытался «договориться» с киевской хунтой" (ВИДЕО)14 09:31